Религиоведение / Энциклопедический словарь. –М.: Академический проект, 2006. –1256 с.

ДРЕВНИЕ РЕЛИГИИ АМЕРИКИ – религиозные представления, сложившиеся в древних обществах доколумбовой Америки. Об их существовании свиде­тельствуют многочисленные памятники, к которым можно отнести предметы изобразительного искусства, устную традицию, письменные тексты майя, рукопис­ные иконографические кодексы других народов Мезо- америки, индейские и испанские хроники 16-17 вв., а также сохранившиеся до наших дней обряды. Однако полностью восстановить картину какой-либо древней американской системы вероучений в настоящее время уже не представляется возможным. Вместе с тем в усло­виях чужого культурного давления (в период колони­альных захватов) племенным духовным традициям удалось сохраниться в большей степени, нежели ка- кой-либо государственной религиозной системе. Со­хранилось немало информации о религиозных ве­рованиях древних американцев, а также о культовых праздниках, проводившихся накануне конкисты. Ос­новой религиозных представлений практически всех групп индейцев доколумбовой Америки была идея веч­ности души, подразумевавшая реинкарнацию, связь живых с умершими, наличие мистического единства реального и потустороннего миров. Однако концепту­ально эта идея в Юж. Америке и Мезоамерике была оформлена по-разному, что выразилось в разных тра­дициях обращения с телами умерших. В Мезоамерике ждали освобождения души, что осуществлялось толь­ко при очищении скелета от плоти. Это происходило в легендарных пещерах северной прародины, после чего Душа возвращалась для возрождения на землю. Реин­карнация носила нейтральный «кровнородственный» характер. Душа передавалась от родственника по кро­ви (материнской) через поколение. Новорожденный наследовал физический облик, психические характе­ристики, родовое имя и социальное положение своего предка. По необходимости душа могла оставлять и живое тело (напр., в сновидениях), чтобы странство­вать по мирам. Мифическими предками – основате­лями племен и родов считались различные животные. Эти представления аналогичны тем, что выражены у некоторых племен Сев. Америки в тотемных столбах. На основе этой базовой идеи в Мезоамерике сформи­ровалось специфическое верование – нагуализм. Нагуаль – это образ умершего предка (человека или жи­вотного), который может принять на время душа для выполнения неких сверхзадач при помощи потусто­ронних сил. Считалось, что эти силы позволяли нагуалям преодолевать физические законы материи, про­странства и времени, расширять информационное поле, манипулировать энергетическими потоками. Во многом функции нагуаля тождественны шаманским (см. Шаманизм). На основании идеи реинкарнации еще на рубеже н.э. в Мезоамерике ольмеками была создана «модель мира», формально подчиненная циклу возрож­дения души. В привязке к прецессионному переходу были проведены научная и религиозная реформы, в основе которых лежал переход к солнечному календа­рю. Вскоре эта модель чрезвычайно быстро распро­странилась по всей Мезоамерике. В основе разработан­ной ольмеками космогонической конструкции лежал Зодиак, а центральной фигурой стал Млечный Путь – яркая на ночном небе неровная светящаяся полоса, напоминающая рептилию с разинутой пастью, кото­рая делила зодиакальный круг на две половины. Млеч­ный Путь направлялся «Пернатым Змеем» (Кецалькоатль или Кукулькан) и считался дуальным Творцом все­го сущего, праматерью и праотцем одновременно, поскольку полоса Млечного Пути включает два парал­лельных потока: «женский» и «мужской». У ацтеков су­ществовало верховное божество дуальности – Оме- текутли. В изображениях Млечный Путь отождеств­ляли с пуповиной, а в текстах именовали «небесной веревкой». В системе духовных представлений Млеч­ный Путь мыслился как дорога через зодиакальный круг, по которой проходила душа от рождения к смерти и возрождению. Зодиакальный пояс из 13 созвездий делился на «живую» и «мертвую» половины. В «живой» части располагались млекопитающие: Кабан, Олень, Обезьяна, Ягуариха с близнецами, Белка. По другую сторону от Млечного Пути находились созвездия «связ­ников» между мирами – птицы, рептилии и насеко­мые: Лягушка, Попугай, Пернатый Змей; Сова, Скорпи­он, Черепаха и Гремучая Змея. Особое место было отве­дено созвездию Летучей Мыши – млекопитающему с крыльями, сосущему кровь. Считалось, что выход в потустороннее пространство (Миктлан, Шибальба) ле­жит через темные подземные пещеры, где она и цар­ствует. В «мертвой» половине располагался также «пе­ревернутый сосуд» с девственной водой, который дер­жала в руках старуха – Большая Медведица. Это созвездие воплощало легендарную прародину, куда от­правлялись души умерших и которая именовалась «Се­мью Пещерами» или «Семью оставленными домами». Мир мертвых находился на севере (западе), а мир жи­вых отождествлялся с югом (востоком). Руководящие функции выполняли бог Солнца и богиня Луны. Все персонажи звездной карты занимали верхние иерар­хические уровни мезоамериканского пантеона: верхов­ные боги, творцы, прародители. К ним можно добавить и многочисленных божеств смерти, мужских и жен­ских, которые почитались как «владыки черепов». Ар­хаическая религиозная традиция восприятия смерти как переходного реинкарнационного состояния и по­ныне проявляется в Мексике в качестве общенацио­нального праздничного культа черепов. История мезоамериканских цивилизаций с момента возникнове­ния общей религиозной модели мира охватывает не менее 2 тыс. лет, что объясняет наличие нескольких локальных и временных вариантов. Функции одних и тех же богов менялись по мере развития хозяйствен­ной деятельности. И у майя, и у ацтеков существовало по несколько божеств, связанных с огнем, дождями и грозами. Для каждого этапа сельскохозяйственного цикла имелись свои божественные покровители и вра­ги. Существовали боги – распорядители и покрови­тели профессий. Можно отдельно выделить группу женских божеств. К 14 в. грозная старуха с переверну­тым сосудом (Большая Медведица) продолжала почи­таться в качестве верховной богини Чак-Кит. Из нейт­ральных можно упомянуть безымянных Иш-Чуп и Сак-Чуп, богиню-женщину и богиню-деву. Богиня- радуга Иш-Чель была покровительницей рожениц и плодородия, а вот Богиня-веревочница Иш-Таб кури­ровала умерших и прежде всего повесившихся само­убийц, которые сразу же «попадали в рай». Она спуска­ла веревки с мирового древа, которое считалось произ­водным от «небесной рептилии» воплощением связи миров – от пещеры до неба. Причем, если образ Иш- Чель безвозвратно остался в прошлом, то Иш-Таб упо­минается и современными майя как частый персонаж быличек. Даже считая себя христианами, эта группа ин­дейцев и поныне сохраняет традицию самоповешения для отказа от решения сложных проблем (и обновле­ния срока реинкарнации), о чем свидетельствует пер­вое место по суициду, которое занимают майя в Мек­сике. Жрецы в Мезоамерике контролировали все сфе­ры жизни включая, естественно, и религиозную. Они имели разветвленную структуру и строгую иерархию. В жреческое сословие входили также женщины. Жре­цы организовывали праздники, занимались прорица­ниями, совершали жертвоприношения, в т. ч. челове­ческие. Традиция жертвоприношения путем извлече­ния крови хорошо сочеталась в сознании индейцев с распятием Иисуса Христа и послужила основой фор­мирования синкретичных религиозных представле­ний. Жертвы приносились как регулярные, по празд­никам, так и чрезвычайные, в критических ситуациях.

У тольтеков и ацтеков человеческие жертвоприношения, в силу изменения некоторых религиозных представлений, стали носить массовый характер. Проведение ритуальных церемоний в Мезоамерике было привязано к пирамидально-храмовым сооружениям и центральным площадям. В весьма насыщенном годовом цикле культовых праздников наиболее значимые как правило, были связаны с календарными периодами или административными мероприятиями: начало цикла или года, подтверждение права на власть, посев обновление храма, день жреца. В Юж. Америке (Андский регион) в основе религиозных верований лежали отличные от мезоамериканских представления о ко­нечной судьбе души. Здесь (культура Чинчорро) еще в V тыс. до н.э. возникла традиция сохранения муми­фицированных останков умершего, с которыми от­делившаяся после смерти душа не утрачивала связи. Синхронная мексиканским ольмекам культура Чавина (Н-1 тыс. до н. э.) свидетельствует о временном со­четании двух религиозных традиций: локальной (му­мии) и мезоамериканской (пещера предков). Впослед­ствии вплоть до инков предпочтение отдавалось местным представлениям о судьбе души. Задача ре­конструкции религиозных представлений, существо­вавших на протяжении тысячелетий в Андском ре­гионе весьма сложна. В Юж. полушарии ни одна куль­тура не оставила письменных памятников и основная сохранившаяся информация относится лишь к ин­кам, создавшим свое государство уже накануне появ­ления в этом регионе испанцев. В основе религиоз­ных воззрений инков сохранялись представления о реинкарнации и бессмертной душе, которая всегда должна быть связана с умершим телом, считавшимся священным объектом (уака). С мумиями предков со­ветовались по наиболее важным вопросам. Живые, связывавшие свое происхождение с уаками, держали эти мумии божественных предков одетыми и снаб­жали их едой. Инки с большой пышностью выстав­ляли мумии своих правителей во время религиозных церемоний. Существовали особые люди, которые «об­щались» с мумиями и получали от них ответы на ин­тересующие вопросы, а также умели правильно ин­терпретировать эту информацию «с того света». На­рушение целостности костных останков делало невозможным возрождение умерших, поэтому, когда перуанцы хотели избавиться от нежелательных лю­дей «навсегда», они уничтожали весь скелет. «Уака» является общим термином для обозначения какого- либо человека, места или вещи, обладавшей священным или сверхъестественным значением. Уака назывались и священные места, где находились мумии. Даже дороги в этих регионах имели особое священное значение: по ним шли религиозные процессии к сак­ральным местам – уакам. С этим связана особая андская традиция культовых действ, ярко выраженная в геоглифах Наска – гигантских фигурах-дорогах, пред­ставлявших так называемые «храмы под открытым небом». Процессия входила внутрь фигуры, обходила все ее части и выходила наружу через гениталии, что символизировало инициацию, В Мезоамерике подоб­ные обряды проходили в пещере-матери. Сама столи­ца инков Куско («Пуп Земли») также почиталась как уака. Планировка ее следовала модели восприятия про­странства человеком – жителем Юж. полушария, т. е. мир живых располагался на севере, со стороны Солн­ца, а страна мертвых находилась на юге, куда солнце никогда не попадало. Именно поэтому Храм Солнца как важный ритуальный объект, связанный с культом умерших и погребальным обрядом, располагался стро­го на юге от центра Куско. К нему вели три главные улицы. На площади перед храмом, где проходили ри­туальные танцы (см. Танец ритуальный) и представ­ления, следовало находиться без обуви и так босым заходить в храм. Именно здесь выставлялись забаль­замированные тела умерших правителей, которым приносились многочисленные жертвы. Единая Вселен­ная инков состояла из взаимосвязанных миров. Верх­ний, или Звездный, мир считался посмертным прибе­жищем безгрешных. Нижний мир представал обите­лью греха и соблазна. Был еще Внутренний мир, заключенный в сердцевину Земли, куда якобы уходят после своей смерти дурные люди. Главными считались три божества: творец Вселенной с большим количе­ством воплощений, наиболее известным из которых был Виракоча, бог Солнца Инти и бог-громовержец Ильяпа (илья – «молния»). В качестве основного жен­ского божества почиталась Мама Килья – жена бога Солнца. Она же почиталась как богиня Луны. Одна из версий повествует о том, что первым правителем ин­ков был Манко Капак, сын Солнца (Инти) и Луны (Ки- льи). Вместе со своей сестрой-женой Мама Окльо он вышел из вод озера Титикака. Поэтому в религиозно- обрядовой практике верховный Инка выступал как земное воплощение Солнца, а его жена как земное во­площение Луны. Титул царицы был «маманчик», что означало «наша мать». Кроме того, существовало мно­жество божеств – покровителей сельскохозяйствен­ных работ и профессий. С образом верховного земле­дельческого божества Солнца связано и историческое недоразумение, характерное для Нового Света. Бога Солнца представляли и в Мезоамерике (Тонатиу), и в Андах (Виракоча-Инти) в виде некого персонажа с яс­ным лицом в обрамлении рыжих волос, который ушел на запад, но обещал вернуться. Поэтому в религиозном сознании появление с востока белых, да еще иногда рыжебородых испанцев стало неким общим для жите­лей континента знаком, который сначала был интер­претирован как позитивный. Как известно, эта догма­тическая ошибка была использована испанцами и обернулась для индейцев чудовищной трагедией.

Г.Г. Ершова

 

Rambler's Top100
Hosted by uCoz