Религиоведение / Энциклопедический словарь. –М.: Академический проект, 2006. –1256 с.

 

ЧАНЬ, чань-буддизм (от санкскр. дхьяна - медитация, яп. дзэн) - одно из направлений китайского буддизма. Появление Ч. стало результатом наложения учения махаяны на идеологический и концептуальный фунда­мент китайских учений, прежде всего даосизма. После­дователи Ч. использовали даосский понятийно-кате­гориальный аппарат для передачи своих идей — напр., термин «Дао» для обозначения буддийского пути спа­сения (санскр. марга). Но в целом развитие Ч. шло в русле махаянской традиции. Среди махаянских текстов, ставших авторитетными в традиции Ч., следует назвать «Ланкаватара-сутру», «Вималакирти-нирдеша-сутру», «Аватамсака-сутру», сутры праджняпарамиты. Большое внимание в Ч. уделяется достижению совершенства в абсолютном знании — праджняпарамите. Достижение праджняпарамиты связано с осознанием сути пустоты (Шуньяты) как единственной реальности, что приво­дит к пониманию того, что наш разум (кит.синь — сердце) есть источник всего, что существует в мире, в т. ч. заблуждений. Концепция сердца (синь) является цен­тральной для Ч.-буддизма. В китайской буддийской традиции синь рассматривается как духовная состав­ляющая человека в противоположность шэнь — внеш­нему физическому телу. Сердце выступает как источ­ник заблуждений, и в то же время сердце — синоним природы будды), сокрытой в каждом существе. Т. обр., освобождение заключается в познании собственного изначального сердца. Учение Ч. не стремится доказать необходимость спасения. Главное — очистить сердце от заблуждений, и все остальное придет автоматичес­ки. Одним из важных понятий традиционного буддиз­ма является «марга» — «путь», ведущий к освобожде­нию. В до-чаньском буддизме марга предусматривала долгий путь перерождений, обусловленный кармой. Ч.-буддизм выдвинул концепцию «освободить созна­ние здесь и сейчас», «стать Буддой в нынешнем теле»; просветления можно достичь уже в настоящей жизни. Происходит также индивидуализация мистического опыта. Сохраняя поклонение бодхисаттвам и арха-там, рассматривая их в качестве примера пути к про­светлению, последователи Ч. стремились пройти этот путь самостоятельно. Будда становится лишь свиде­тельством возможности просветления, но не объектом для подражания и поклонения. Согласно Ч., учитель — это носитель сакрального знания, способный одним своим присутствием раскрыть сущность сокровенной мудрости — праджни. Учитель нужен лишь для того, чтобы указать верное направление в самовоспитании, все дальнейшее зависит от талантов ученика и его тер­пения. Уже само название этой школы китайского буд­дизма — Ч. (медитация) — указывает на исключитель­ное значение медитации для достижения просветле­ния. Содержание медитации — реализация «пустоты» и выход за пределы собственного «я». Примерно с 8 в. классическое выражение Ч. «сидячее созерцание» уже не означает обязательно неподвижную медитацию сидя, а указывает на определенное состояние сознания, не зависящее от позы или места. Ключевая форма ме­дитативной практики в Ч.-буддизме — т. наз. «созер­цание стены», универсальный метод для всех чаньских школ. По-видимому, с самого начала истории Ч.-буд­дизма «созерцание стены» понималось не только как методика неподвижной сидячей медитации лицом к стене, но прежде всего как «недвижимое, словно сте­на» состояние сознания. Впоследствии Ч.-буддизм бо­лее четко определяет цель созерцания: это прозрение «отсутствия сердца» (у синь). «Отсутствие сердца» по­нимается как абсолютное освобождение от страстей и привязанностей. Цель самосовершенствования в Ч. — непосредственное обращение к внутренней изначаль­ной природе человека. Повседневная жизнь человека в буддизме Махаяны, и особенно в Ч., представляется как сон, как нечто ненастоящее и изменчивое. Пробуж­дение от этого сна (кит. — у) является истинным осво­бождением. Утверждая приоритет личного опыта в деле достижения просветления, Ч.-буддизм выдвинул тезис «не опираться на письмена», т. е. игнорировать пись­менные тексты, поскольку те ведут лишь к иллюзии достижения знания и просветления. Чаньские настав­ники использовали нетрадиционные методы обучения: неожиданные вопросы, возгласы, удары, гунъань (яп. — коан; это парадоксальные задачи, не имеющие рацио­нального логического решения), стремясь вызвать в учениках естественную спонтанную реакцию и пробуж­дение их истинной внутренней природы. Большое зна­чение для раннего Ч. имеет учение об «очищении сердца через 2 проникновения на Путь и 4 действия», приписы­ваемое первому патриарху Ч.-буддизма Бодхидхарме. «Два проникновения» — это два способа достижения освобождения: «проникновение через [духовный] принцип» и «проникновение через практическую дея­тельность». «Принцип» (ли) и «практическая деятель­ность» (ши) дополняют друг друга как внутреннее и внешнее, поскольку «принцип», или исходное начало всех вещей, в нашем мире проявляется лишь через «де­яния», или истинные дела и помыслы. «Проникнове­ние через практическую деятельность» включает 4 дей­ствия: воздаяние за внешние причины (т. е. за соб­ственные проступки); умение пребывать в соответствии с ситуацией (следование обстоятельствам, обусловлен­ным цепью предыдущих перерождений); отсутствие желаний; состояние полной гармонии с Дао. Учение Ч. начинает складываться в Китае в 5-6 вв. н. э., оконча­тельное его оформление происходит в 7-8 вв. К 9-10 вв. создается ставшая канонической версия воз­никновения Ч.-буддизма в Китае. Согласно преданию, основателем Ч. и его первым патриархом являлся индийский проповедник Бодхидхарма, пришедший в Китай в 6 в. Почти все китайские трактаты именуют Бодхидхарму 28-м патриархом буддизма (первым счи­тается сам Будда Шакьямуни). Тем самым подчеркива­ется истинность Ч. по сравнению с другими буддийс­кими школами. Бодхидхарма проповедовал учение о созерцании в монастыре Шаолиньсы (горы Суншань), позднее передав титул чаньского патриарха своему китайскому ученику Хуэйкэ. Пять патриархов призна­ются всеми чаньскими школами: Бодхидхарма, Хуэй­кэ, Сэнцань, Даосинь, Хунжэнь. По поводу шестого пат­риарха существуют расхождения, но в основном им счи­тается Хуэйнэн (638-713). Возрастание авторитета Хуэйнэна связано с деятельностью его ученика Шэнь-хуэя, который стал основателем т. наз. Южной школы Ч. (школа «внезапного просветления»), противопоста­вив учение своего наставника учению другой школы — Северной (школа «постепенного просветления»). К Южной школе возводят свои истоки все последую­щие школы Ч. К 8 в. относится деятельность некото­рых наставников Ч. — Шитоу Сицяня, Мацзу Даои, Бай-чжанаХуайхая (он считается составителем первого чань­ского монашеского устава). В 9-10 вв. сформировались 5 основных чаньских школ-«домов»: линьцзи, цаодун, вэйян, юньмэнь, фаянь. Две первые сохранились до на­ших дней. Одним из величайших мастеров Ч. этого вре­мени был Линьцзи Исюань (ум. в 866). Линьцзи просла­вился как мастер парадоксальных диалогов, использова­вший необычные методы обучения (удары, крики и т. п.), с целью разбудить в учениках их изначальную природу. Знаменитая фраза Линьцзи — «Встретишь Будду — убей Будду!» — была направлена на преодоление механичес­кого поклонения внешним идолам. В отличие от всех других буддийских школ, которые жили лишь подаяни­ем, в Ч. большое значение придавалось физическому тру­ду. Как говорил Байчжан, «день без работы — день без еды». Наставники Ч. оставили богатое письменное на­следие различных жанров. Наиболее популярны их «ре­чения» (кит. юйлу), а также трактаты («Сутра Помоста Шестого Патриарха», «Речения Линьцзи» и др.). Ч.-буд-дизм оказал огромное влияние на китайскую литерату­ру и искусство, вызвав появление особой эстетики, что нашло свое выражение в таких специфических культур­ных феноменах, как чайная церемония, садово-парковое искусство и т. д. С 6 в. учение Ч. (вьет.тхиен) стало распространяться во Вьетнаме. В 9-10 вв. Ч.-буддизм (корейск. — сон) проникает в Корею, где образуется система «школ 9 гор». Особое влияние с 12 в. школа Ч. приобрела в Японии, где она стала именоваться Дзэн. В наше время Ч.-буддизм — влиятельное течение китайского буддиз­ма, многие его положения и формы духовной и меди­тативной практики были восприняты другими буддийскими школами. В 16-19 вв. немало чаньских монахов возглавляли знаменитые китайские тайные общества, а ныне они нередко являются неформальными лиде­рами местных деревенских общин.

С.Г. Андреева

 

 

 

 

 

Hosted by uCoz