Индийская философия: энциклопедия./ отв. ред. М.Т. Степанянц; Ин-т философии РАН. –М.: Вост. лит., 2009. –950 с.

 

ГЕРМЕНЕВТИКА В БУДДИЗМЕ — комплекс методов истолкования высказываний Будды Шакьямуни, нацеленных на понимание смысла его учения, или высшей Истины — Дхармы. Будд, герменевтика обособилась в специальную отрасль будд. доктрины прежде всего для практич. цели: обеспечить адептов буддизма наиболее сотериологически эффективными инструментами извлечения смысла из будд. текстов. Появление и бурное развитие будд, герменевтики было вызвано нек-рыми уникальными особенностями буддизма. Значимость фигуры Будды для этой религии состояла не в том, что Будда «открыл» Дхарму (до него множество пратъекабуддбудд «для себя» — тоже совершили такое открытие, но ограничились лишь собственным спасением), а в том, что он принял решение донести ее до других и поэтому постоянно заботился о том, чтобы приспособить свою проповедь к уровню самых разных своих собеседников, разговоривая на их языке и используя их систему ценностей. Т.о., слово Будды считалось не боговдохновенной вечной истиной, верной для всех времен и народов, а «искусным средством» (принцип упая каушалья), призванным помогать каждому конкретному человеку в его особых жизненных обстоятельствах. Пресекая любой культ собственной персоны, Будда всячески подчеркивал свою чисто инструментальную роль «пальца, указывающего на Дхарму», а перед окончательным уходом в нирвану наставлял своих последователей полагаться в их религ. исканиях не на него, Будду, а лишь на самих себя и Дхарму («Будьте сами себе светильниками! Да будет Дхарма вам светильником!»). В свете такого явного приоритета Дхармы перед «словом Будды» последнее приобретает весьма относительный характер и оттого становится почвой для самых разных толкований. Противоречивый характер нек-рых высказываний Будды стал связываться последующими авторами с тем, что Будда, руководствуясь прежде всего намерением (абхипрая) помочь своим собеседникам, сообщал им лишь то, что они были в состоянии понять и принять. В текстах Палийского канона различаются два смысла слов Будды: ясный, очевидный, выраженный прямо — нитпаршха (пали Humamxd) и имплицитный, угадываемый, требующий интерпретации — неяртпха (пали неяттха). Будд, экзегеты постоянно спорили о том, какие высказывания Будды являются неяртха, а какие — нитартха. Когда слова Будды не поддавались интерпретации в пользу их собственной доктрины, они объявляли их неяртха«условными».

С появлением новых текстов — сутр махаяны, также приписываемых Будде, — герменевтическая схема нитартха-неяртха (в смысле противопоставления подлинного смысла условному) стала использоваться в целях апологетики махаянских школ. С т.зр. махаянистов, сутры праджняпарамиты относятся к 1-й категории, тогда как тексты традиц. буддизма, к-рые они связывали с «узким путем», или хинаяной, — ко 2-й. В нек-рых махаянских сутрах, легших в основу учения мадхьямаки, напр, в «Акшаяматинирдеша-сутре», предлагается различать нитартха и неяртха по предмету: нитартха — это тексты, трактующие высшую природу реальности как пустоту (шунъята), все остальные — неяртха. В «Самдхинирмочана-сутре», ставшей одним из «писаний» школы йогачара, выдвигается герменевтич. схема «трех поворотов» колеса Дхармы, согласно к-рой подлинным учением Будды, связанным с третьим поворотом колеса Дхармы, является доктрина «только-сознания». Эти и еще более изощренные герменевтич. схемы были использованы и для объяснения нового цикла текстов — тантр, к-рые тоже приписывались Будде.

Развитию Г. в Б. способствуют и весьма распрывчатые критерии «аутентичности» «слова Будды». Согласно «Махапариниббана-сутте» («Сутте о великой кончине»), Будда назвал четыре способа, коими можно удостовериться, что то или иное высказывание, ему приписываемое, действительно принадлежит ему. Оно должно быть услышано (по степени авторитетности): 1) от самого Будды; 2) от его учеников; 3) от группы авторитетных старейшин; 4) от одного из старейшин. Также подчеркивается, что высказывание должно соответствовать Дхарме и Винае (уставу). Последнее указывает на большую важность соответствия духу учения по сравнению с его буквой. Буквальное воспроизведениеДхармы не представляло для буддистов исключительной ценности, поскольку сама возможность ее адекватного постижения связывалась не с формальными знаниями будд, текстов, а в конечном счете — с вхождением в те же состояния сознания, в к-рых эти тексты были созданы их авторами и в к-рых могут создаваться и др. подобные тексты (Л. Мялль назвал такие состояния «текстопорождающим механизмом»). Будд, традиция известна исключительной пролиферацией своих «священных» текстов (каноны разных будд, традиций составляют многотомные б-ки). Когда в будд, лит-ре слово Будды определяется в конечном счете как «все, что сказано красиво/хорошо (субхашита)», это значит, что на первый план выступает не личность Будды Шакьямуни (поскольку совсем необязательно, что это сказано именно им), а внутреннее совершенство слова, не отличимое от подлинности передаваемого им опыта.

В махаяне формулируются четыре принципа, на к-рые должен опираться адепт при работе с текстами, называемые «опорами надежности» (пратисарана): 1) опора на природу вещей, а не на мнение человека; 2) опора на смысл или цель текста (артха), а не на его букву; 3) опора на те отрывки, в к-рых Дхарма выражена прямо, а не на те, к-рые еще нужно подвергать интерпретации; 4) понимание посредством интуиции (джняна), а не с помощью дискурсивной мысли (виджняна).

Противопоставление прямых форм выражения Дхармы косвенным определяется и более глобальной задачей: воссоздать «инвариант» Дхармы, по отношению к к-рому все слова Будды были лишь «вариантами». С этой задачей связаны попытки махаянистов выстроить иерархию уровней смысла текстов: от мирского или самого поверхностного, несущего чисто терапевтич. эффект, через уровни пратипакшаки, или противоядия против умственных омрачений, и пратипаурушики, направленного на конкретного человека, к парамартхике, или абсолютной истине. Духовный прогресс будд, адепта понимался как восхождение ко все более высоким уровням, т.е. проникновение через более или менее случайную словесную оболочку к единственному сокровенному смыслу. Высший уровень понимания часто ассоциировался с полным преодолением слова как такового, со знаменитым «арийским молчанием», когда «читатель» текста, сливаясь с его «автором», сам становился Буддой. В конечном счете главным методом понимания оказывается личная реализация, а не дискурсивное постижение. В этом отношении Г. в Б. предполагала гораздо более полное и радикальное слияние «горизонтов смысла» «автора» и «читателя» текста, чем это допускала герменевтика Гадамера.

 

Лит.: LamotteE. La critique d'interpretation dans le bouddhisme. Annuaire de l'Institut de Philologie et d'Histoire Orientales et Slaves IX [Melanges Henry Gregoire]. 1949, p. 341-361; Buddhist Hermeneutics. Ed. Lopez D.S. Honolulu, 1988; Powers J. Hermeneutics and Tradition in the Samdhinirmocanasutra. Leiden, 1993.

В.Г. Лысенко

Rambler's Top100
Hosted by uCoz